Криминогенность дефектов правовой социализации в школе.

2.1.3. Дефекты в правовой социализации личности: Дефекты в правовой социализации личности могут возникать еще на

Криминогенность дефектов правовой социализации в школе.
Дефекты в правовой социализации личности могут возникать еще на ранней стадии ее развития из-за конфликтов с родителями, воспи­тания в социально неблагополучных семьях (криминогенных, амо­ральных, проблемных, неполных, псевдоблагополучных, марги­нальных), трудностей саморегуляции в школе, сближения с нефор­мальными асоциальными группами сверстников и т.д. Следствием этого может быть совершение как незначительных правонаруше­ний, так и серьезных преступлений.

Особо отметим, что в качестве важной предпосылки к противо­правным деяниям в последние годы часто указывается влияние осо­бой ментальности, сложившейся в российском обществе советского периода. Она часто приводила и приводит по сей день или к недо­оценке значения права (правовой нигилизм), или к легкомыслен­ному, безответственному отношению к требованиям закона (право­вой инфантилизм), или же к активному неприятию норм права (правовой негативизм).

Длительное существование в нашей стране тоталитарного режима явилось причиной того, что у большинства социальных групп и об­щества в целом доминирующим представлением стала карательная функция закона, а сами законы и другие нормативные акты воспри­нимаются преимущественно как обязанность личности перед госу­дарством. Игнорирование в законотворческой деятельности личности в качестве главной правовой единицы отразилось на акцентуирован­ном противопоставлении норм и мер правового воздействия, за­фиксировавших приоритетность отношений к государству и его ин­ститутам по сравнению с правами конкретного человека. Низкая правовая культура должностных лиц, усугубляемая отсутствием ре­альной ответственности за отступления от норм права, чаще всего становится причиной неуважения к праву и пренебрежения им.

Негативное влияние на советских людей оказала и чрезмерная идеологизация частноправовой сущности гражданского права. В связи с этим у людей практически была подавлена личная инициатива, а также заблокирован ведущий механизм творческого развития — чувство собственного достоинства.

В целом в условиях тоталитарного государства правовое поведе­ние большинства советских людей строилось не на основе развитых внутренних правовых убеждений, а лишь на конформно-испол­нительском (мы как все) или на вынужденно законопослушном уровне (подчинение закону в силу боязни наказания).

Взятый в постсоветский период курс на восстановление общече­ловеческих ценностей, что, прежде всего, зафиксировано в статьях Конституции РФ, и одновременно активная разработка различных правовых кодексов вселяют определенный оптимизм. Об этом очень много пишут сами разработчики законодательства. Однако данные психолого-правовых исследований свидетельствуют о том, что тенденция к резкому разгосударствлению заключает в себе и существенные противоречия.

Изучение общественного сознания и психологии, а также соци­альные реалии все настойчивее констатируют утрату гражданами доверия к власти и социальным институтам, отчуждение значитель­ного числа населения страны от политических, нравственных и правовых ценностей, приводящее к снятию нравственных и право­вых барьеров. Все большее число граждан России теряют основные черты и характерологические особенности российского этноса, ду­ховно-нравственные стереотипы поведения, складывавшиеся и су­ществовавшие веками.

Для современной молодежи основными становятся материальные блага и все менее значимыми — общечеловеческие нравственные ценности.

Культура и психология, ценностные ориентации, демонст­рируемые и активно пропагандируемые средствами массовой ин­формации с их агрессивностью, вседозволенностью, открытым от­рицанием складывавшихся веками моральных норм общественной жизни, отражают нормы поведения скорее завоевателя, а не чело­века цивилизованной, экономически развитой системы.

В общественном и групповом сознании набирают силы мораль и психология криминальной части населения, что оказывает нега­тивное воздействие и на традиционные, и на рыночные ценности, действующие в условиях цивилизованной рыночной экономики.

Все это находит отражение в современной преступности.

В послед­ние несколько лет отмечаются существенные качественные измене­ния, чаще всего проявляющиеся в мотивации преступного поведе­ния, личности преступника и потерпевшего, что необходимо учи­тывать при организации и осуществлении успешной борьбы с со­временной преступностью.

Данные психолого-правовых и криминологических исследова­ний, в том числе материалы изучения уголовных дел (в первую оче­редь по наиболее тяжким насильственным преступлениям) показы­вают некоторые такие изменения.

Прежде всего, широкое распространение получили примиренче­ское отношение к преступлениям и гражданская пассивность, которая в определенной мере обусловлена тем, что все большее число граж­дан тем или иным образом входит в сферу преступности — все тес­нее контактирует с лицами, совершающими преступления или вхо­дящими в преступные группировки (члены семьи, соседи, знакомые и др.); знакомится со взглядами, представлениями, установками, нормами поведения и общения, характерными для лиц, совершаю­щих преступления, пассивно принимает эти взгляды и нормы или соглашается с ними.

Все большее число граждан, судя по данным психолого-пра­вовых исследований, готово вынести свое внесудебное решение и учинить расправу лично или обратиться за соответствующей помо­щью к наемным исполнителям, наемным убийцам.

Причем нередко основным и единственным препятствием становится отсутствие для этого средств, денег или же незнание того, к кому можно обратиться с подобным предложением, т.е. незнание конкретных «киллеров».

Э. Дюркгейм

Женщина, подозреваемая в найме лиц для совершения умышлен­ного убийства вымогателей, которые требовали у ее взрослого сына в счет долга квартиру, машину и деньги, отрицала свою вину лишь тем, что «она малообеспеченный человек» и не в состоянии запла­тить наемным убийцам (следствие полностью согласилось с подоб­ным доводом подозреваемой, по-видимому считая его действитель­но веским доказательством непричастности к преступлению). Или другой пример. Отец девушки, подвергнувшейся насилию, чтобы отомстить преступникам, готов нанять «киллера», но не знает, к ко­му обратиться, и просит помощи у редакции известной молодежной газеты: «Помогите, люди добрые, нанять киллера».

Своеобразное привыкание к преступности, преступным прояв­лениям, как бы «примирение» с ее существованием проявляются там, где это не затрагивает и не ущемляет личных интересов или, наоборот, способствует их удовлетворению.

В этих случаях пре­ступность рассматривается как неизбежное явление, как опреде­ленная деятельность.

Например, анализ материалов уголовных дел показал, что родственники, члены семьи или соседи лиц, входящих в преступные группировки, в течение ряда лет не имеющих офици­ального места работы или легального за­нятия, знают, чем они занимаются, и относятся к этому как к должному, как к одному из видов «работы», т.е. разделяют представления самих преступников о том, что совершаемые ими преступления, в частности рэкет, — это просто их работа (например, преступники возлагают на могилы своих «безвременно ушедших» соучастников венки с надписями «От то­варищей по работе»).

Возможно, именно в таком «привы­кании» к преступности, в примирении с ней населения проявляется и прослежи­вается одно из самых тяжких последствий девальвации прежних ценностей и морали и затяжного экономического кризиса. Еще французский социолог Э. Дюркгейм в разработанной им теории аномии (от франц.

апош1е — беззаконие, безнормность) показал, что во время экономических
кризисов или радикальных социальных перемен жизненный опыт людей перестает соответствовать идеалам, воплощенным в социаль­ных нормах.

Социальные нормы разрушаются, люди испытывают состояние дезориентации, и все это в совокупности способствует коллективной девиации, проявляющейся в росте преступности и в других негативных явлениях наших дней, «анитдемократизме» и «антилиберализме», вере в харизматического лидера, межнацио­нальной нетерпимости, ксенофобии, мессианстве, враждебности к Западу (Востоку), ставке на примитивное насилие, алогичной враж­дебности в отношении предполагаемых виновников «всех бед», экспансии православной церкви во все сферы жизни общества (ду­ховную, культурную, образовательную), проявлении массового до­верия примитивным социально-правовым рецептам типа «все от­нять и поделить», веры в какой-то собственный путь общественно­го развития, отрицание страшных последствий коммунистического тоталитарного режима и т.д.

Таким образом, самая очевидная цель правовой социализации — обеспечение правомерного поведения, что предполагает формиро­вание у личности такого интегрального правового образования, как правосознание, которое связано с процессом социализации двояко.

Во-первых, жизненный опыт и прак­тика человека оказывают влияние на формирование его установок, отноше­ний, ценностных ориентации в правовой сфере.

правосознания чело­века (его правовая информированность, оценка правовой действительности, мо­тивация правомерного поведения) зави­сит от его социальных связей, от степени включенности в правовую культуру об­щества, а также от вовлеченности в асо­циальные группы, которые влияют на ус­воение правовой информации.

Во-вторых, правосознание не только отражает правовой опыт человека, но и мотивирует его поведение. По меткому замечанию отечественного юриста А.Р. Ратинова,

формируясь под воздействием внешних влияний, оно, по принципу обратной связи, направляет практику людей, ориентирует их на по­иск оптимального разрешения правовых ситуаций, в которых они оказываются, т.е. выполняет функцию регулятора поведения…

Источник: https://all-sci.net/yuridicheskaya-psihologiya_952/213-defektyi-pravovoy-sotsializatsii-162970.html

открытая библиотека учебной информации

Криминогенность дефектов правовой социализации в школе.

Существует связь между недостатками в системе функционирования школы и преступностью несовершеннолетних. Школе как главному после семьи агенту правовой социализации принадлежит важная роль в нравственно-правовом воспитании детей и подростков.

Имеется прямая связь между семейным воспитанием и школьным. При благоприятной обстановке в семье, при прочных эмоциональных контактах родителœей с подростками значительно усиливается стойкость последних к антиобщественным влияниям.

С другой стороны, школе принадлежит важная роль в исправлении ошибок семейного воспитания, приостановлении процесса деморализации личности подростка, который начался в семье.

В случае совпадения, “сложения” недостатков семейного и школьного воспитания нередко наступает криминализация личности подростка.

Какова же связь между недостатками в работе школы и неблагоприятным нравственно-правовым формированием личности несовершеннолетнего? Следует иметь в виду, что у значительной части детей, чье семейное воспитание было негативным, отсутствует или очень слабо выражена социальная роль учащегося.

Такие дети не в полной мере освоили социальную роль школьника, которая является для них важнейшей, социально-значимой. Речь идет о детях, педагогически запущенных уже в младшем школьном возрасте.

Возникший еще в младших классах конфликт, разрыв между системой внешних требований, связанных с учебой, с одной стороны, и объективными данными (возможностями и способностями) таких детей для успешной учебы, с другой, может приобрести стойкий, длительный характер.

Этот конфликт нередко глубоко переживается подростком, вызывает у него ряд отрицательных психических состояний, которые могут привести к общественно отрицательным формам поведения.

Как показывает судебная практика, именно из среды неуспевающих детей, подростков часто выходят лица, совершающие вначале правонарушения, а затем и преступления.

Основной контингент несовершеннолетних правонарушителœей составляют так называемые “трудновоспитуемые”, “трудные дети”, подростки.

Давая общую характеристику “трудновоспитуемых”, И. А.

Невский отмечает, что они портят взаимоотношения между учениками в классе, дурно влияют на слабых, неустойчивых учеников, плохо учатся, еще хуже ведут себя, нередко совершают хулиганские поступки, бросают школу, уходят в жизнь без знаний, без здоровых интересов, полноценного развития, без положительных перспектив и целœей, без желания трудиться, иногда с ненавистью к учителям, школе, знаниям, культуре, образованию. Рано или поздно они оказываются на улице, втягиваются в асоциальные компании, в которых верховодят более сильные, старшие по возрасту и жизненному опыту подростки. Порвав социально позитивные связи со школой, учителями, товарищами по классу, обладая избытком свободного времени, эти ребята тратят свой досуг на развлечения, курение, распитие спиртных напитков, употребление наркотиков. Οʜᴎ бродяжничают, хулиганят, занимаются вымогательством, мелкими кражами, попадают на учет в детскую комнату милиции, а затем и в воспитательно-трудовые колонии. Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, калечится детство, судьбы этих ребят, вся их последующая жизнь.

Среди “трудных” учащихся встречаются дети и подростки, имеющие ряд расстройств нервной системы, которые вызывают задержку психического и интеллектуального развития. Большинство таких ребят выходит из неблагополучных семей, главным образом, криминогенных, аморальных. Но встречаются среди “трудных” школьники и из образованных, обеспеченных, благополучных семей.

Учителя в целом относятся к “трудным” резко отрицательно.

Обычно всœе их попытки справиться с неуспеваемостью и недисциплинированностью этих ребят сводятся к методам так называемого “негативного стимулирования” – к нравоучительным беседам, взысканиям, наказаниям, проработкам в присутствии всœего класса и т. д. Все это не только не приносит позитивных результатов, но, наоборот, еще больше озлобляет и восстанавливает “трудных” против учителœей, против школы и учебы в целом.

Учителя с легкостью приклеивают таким школьникам ярлык “трудный”, “трудновоспитуемый”, чтобы оправдать свое неумение, а то и педагогическое бессилие.

В чем вред наклеивания ярлыка или так называемой стигматизации? Стигматизация является одним из средств социального контроля – социальных санкций. Она представляет “…

сложный процесс социального взаимодействия, ведущий к отвержению лиц с определœенными нежелательными признаками. Эта реакция человека или группы лиц, заключающаяся в девальвации (обесценении) индивида, снижении его социального статуса”.

Стигматизирующие признаки гиперболизируются окружающими, переоцениваются ими и часто затмевают всœе Другие, в том числе положительные черты личности. Стигматизация является, по сути дела, реакцией членив общества на то неудобство, ĸᴏᴛᴏᴩᴏᴇ вызывает нестандартный человек.

Хорошо известно, что учителя предпочитают учеников покладистых, не доставляющих хлопот, послушных и явно недоброжелательно относятся к “трудным” ученикам, не щадят их самолюбия, вступают с ними в конфликт, а то и объявляют им “войну”.

В своей “войне” с “трудными” учителя стараются опереться на класс, заручиться его поддержкой.

С этой целью выставляются напоказ и осуждаются всœе отрицательные черты этих учащихся и в противовес им хвалятся, поощряются и поддерживаются положительные качества примерных, успевающих школьников.

Это приводит не к перевоспитанию “трудных”, а к разрушению их отношений с классом, с коллективом товарищей, с которыми они нередко учились вместе начиная с первого класса. Все это оскорбляет их достоинство, наносит им глубокую душевную травму, восстанавливает против класса, против действительно примерных и хороших учеников.

В результате длительной неуспеваемости и постоянной недисциплинированности у “трудных” складываются конфликтные отношения с классом, учителями, родителями, что приводит к их изоляции в школе, разрыву дружеских, товарищеских отношений с одноклассниками. В результате они оказываются в изолированном, отверженном положении, испытывают чувство одиночества и неполноценности.

Положение отвергнутого классным коллективом вызывает у “трудного” состояние глубокой фрустрации вследствие невозможности удовлетворить базисные потребности в общении с одноклассниками, в завоевании личного и социального статуса.

Лишенный возможности реализовать указанные потребности хорошей учебой и примерным поведением, “трудный” пытается завоевать определœенное положение среди соучеников по механизму реактивного образования – с помощью негативизма, ярко выраженного непослушания, немотивированного упрямства, демонстративной агрессивности и конфликтности, бравады отрицательными качествами, курением, употреблением спиртных напитков, наркотиков и т. д. Вспоминаются слова Я. Корчака: “Следует помнить, что ребенок недисциплинирован и зол не потому, что он “знает”, а потому, что страдает”.

Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, школа, ПТУ перестают быть для “трудных” подростков основной сферой, где они удовлетворяют потребности в общении и статусные притязания. Эти ребята теряют прочные социальные связи с коллективом класса, приобретают отрицательное отношение к школе. Οʜᴎ ищут поддержки, утешения в асоциальных уличных компаниях, где они “застревают” и начинают проводить всœе свободное время.

В результате фрустрации основной социально-позитивной деятельности – учебно-профессиональной – образуется своеобразный “вакуум” социальной активности, который заполняется “трудными” подростками пустым и бездумным времяпрепровождением в уличных компаниях.

В итоге по механизму регрессии они фиксируются, “застревают” на примитивных формах проведения досуга, где удовлетворение базисных потребностей в общении и статусных происходит примитивными способами – курением, выпивками, употреблением наркотиков, картежной игрой, прослушиванием низкопробных музыкальных записей.

“Примитивизация” деятельности – развлекательное времяпрепровождение – с неизбежностью приводит к дальнейшей “примитивизации” личности таких подростков, что проявляется в отсутствии элементарных культурных запросов, преобладании в структуре потребностей материальных, физиологических (сексуальные), извращенных квазипотребностей (алкоголь, наркотики и т. д.). На этом этапе своей деморализации “трудные” нередко становятся правонарушителями, а затем и преступниками.

Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, дефекты правовой социализации в школе затрагивают всœе структурные элементы социализации и проявляются в дефектах выполнения социальной роли, в разрыве эмоциональных связей школьника (“трудновоспитуемого”) со своими одноклассниками и учителями, в выходе из-под норм социального контроля, в формировании извращенной примитивной структуры потребностей.

Источник: http://oplib.ru/psihologiya/view/857582_kriminogennost_defektov_pravovoy_socializacii_v_shkole

Криминогенность дефектов правовой социализации в школе – Юриспунденкция

Криминогенность дефектов правовой социализации в школе.

Существует связь между недостатками в системе функционирования школы и преступностью несовершеннолетних. Школе как главному после семьи агенту правовой социализации принадлежит важная роль в нравственно-правовом воспитании детей и подростков.

Имеется прямая связь между семейным воспитанием и школьным. При благоприятной обстановке в семье, при прочных эмоциональных контактах родителей с подростками значительно усиливается стойкость последних к антиобщественным влияниям.

С другой стороны, школе принадлежит важная роль в исправлении ошибок семейного воспитания, приостановлении процесса деморализации личности подростка, который начался в семье.

В случае совпадения, “сложения” недостатков семейного и школьного воспитания нередко наступает криминализация личности подростка.

Какова же связь между недостатками в работе школы и неблагоприятным нравственно-правовым формированием личности несовершеннолетнего? Следует иметь в виду, что у значительной части детей, чье семейное воспитание было негативным, отсутствует или очень слабо выражена социальная роль учащегося.

Такие дети не в полной мере освоили социальную роль школьника, которая является для них важнейшей, социально-значимой. Речь идет о детях, педагогически запущенных уже в младшем школьном возрасте.

Возникший еще в младших классах конфликт, разрыв между системой внешних требований, связанных с учебой, с одной стороны, и объективными данными (возможностями и способностями) таких детей для успешной учебы, с другой, может приобрести стойкий, длительный характер.

Этот конфликт нередко глубоко переживается подростком, вызывает у него ряд отрицательных психических состояний, которые могут привести к общественно отрицательным формам поведения.

Как показывает судебная практика, именно из среды неуспевающих детей, подростков часто выходят лица, совершающие вначале правонарушения, а затем и преступления.

Основной контингент несовершеннолетних правонарушителей составляют так называемые “трудновоспитуемые”, “трудные дети”, подростки.

Давая общую характеристику “трудновоспитуемых”, И. А.

Невский отмечает, что они портят взаимоотношения между учениками в классе, дурно влияют на слабых, неустойчивых учеников, плохо учатся, еще хуже ведут себя, нередко совершают хулиганские поступки, бросают школу, уходят в жизнь без знаний, без здоровых интересов, полноценного развития, без положительных перспектив и целей, без желания трудиться, иногда с ненавистью к учителям, школе, знаниям, культуре, образованию. Рано или поздно они оказываются на улице, втягиваются в асоциальные компании, в которых верховодят более сильные, старшие по возрасту и жизненному опыту подростки. Порвав социально позитивные связи со школой, учителями, товарищами по классу, обладая избытком свободного времени, эти ребята тратят свой досуг на развлечения, курение, распитие спиртных напитков, употребление наркотиков. Они бродяжничают, хулиганят, занимаются вымогательством, мелкими кражами, попадают на учет в детскую комнату милиции, а затем и в воспитательно-трудовые колонии. Таким образом, калечится детство, судьбы этих ребят, вся их последующая жизнь.

Среди “трудных” учащихся встречаются дети и подростки, имеющие ряд расстройств нервной системы, которые вызывают задержку психического и интеллектуального развития. Большинство таких ребят выходит из неблагополучных семей, главным образом, криминогенных, аморальных. Но встречаются среди “трудных” школьники и из образованных, обеспеченных, благополучных семей.

Учителя в целом относятся к “трудным” резко отрицательно.

Обычно все их попытки справиться с неуспеваемостью и недисциплинированностью этих ребят сводятся к методам так называемого “негативного стимулирования” – к нравоучительным беседам, взысканиям, наказаниям, проработкам в присутствии всего класса и т. д. Все это не только не приносит позитивных результатов, но, наоборот, еще больше озлобляет и восстанавливает “трудных” против учителей, против школы и учебы в целом.

Учителя с легкостью приклеивают таким школьникам ярлык “трудный”, “трудновоспитуемый”, чтобы оправдать свое неумение, а то и педагогическое бессилие.

В чем вред наклеивания ярлыка или так называемой стигматизации? Стигматизация является одним из средств социального контроля – социальных санкций. Она представляет “…

сложный процесс социального взаимодействия, ведущий к отвержению лиц с определенными нежелательными признаками. Эта реакция человека или группы лиц, заключающаяся в девальвации (обесценении) индивида, снижении его социального статуса”.

Стигматизирующие признаки гиперболизируются окружающими, переоцениваются ими и часто затмевают все Другие, в том числе положительные черты личности. Стигматизация является, по сути дела, реакцией членив общества на то неудобство, которое вызывает нестандартный человек.

Хорошо известно, что учителя предпочитают учеников покладистых, не доставляющих хлопот, послушных и явно недоброжелательно относятся к “трудным” ученикам, не щадят их самолюбия, вступают с ними в конфликт, а то и объявляют им “войну”.

В своей “войне” с “трудными” учителя стараются опереться на класс, заручиться его поддержкой.

С этой целью выставляются напоказ и осуждаются все отрицательные черты этих учащихся и в противовес им хвалятся, поощряются и поддерживаются положительные качества примерных, успевающих школьников.

Это приводит не к перевоспитанию “трудных”, а к разрушению их отношений с классом, с коллективом товарищей, с которыми они нередко учились вместе начиная с первого класса. Все это оскорбляет их достоинство, наносит им глубокую душевную травму, восстанавливает против класса, против действительно примерных и хороших учеников.

В результате длительной неуспеваемости и постоянной недисциплинированности у “трудных” складываются конфликтные отношения с классом, учителями, родителями, что приводит к их изоляции в школе, разрыву дружеских, товарищеских отношений с одноклассниками. В результате они оказываются в изолированном, отверженном положении, испытывают чувство одиночества и неполноценности.

Положение отвергнутого классным коллективом вызывает у “трудного” состояние глубокой фрустрации вследствие невозможности удовлетворить базисные потребности в общении с одноклассниками, в завоевании личного и социального статуса.

Лишенный возможности реализовать указанные потребности хорошей учебой и примерным поведением, “трудный” пытается завоевать определенное положение среди соучеников по механизму реактивного образования – с помощью негативизма, ярко выраженного непослушания, немотивированного упрямства, демонстративной агрессивности и конфликтности, бравады отрицательными качествами, курением, употреблением спиртных напитков, наркотиков и т. д. Вспоминаются слова Я. Корчака: “Следует помнить, что ребенок недисциплинирован и зол не потому, что он “знает”, а потому, что страдает”.

Таким образом, школа, ПТУ перестают быть для “трудных” подростков основной сферой, где они удовлетворяют потребности в общении и статусные притязания. Эти ребята теряют прочные социальные связи с коллективом класса, приобретают отрицательное отношение к школе. Они ищут поддержки, утешения в асоциальных уличных компаниях, где они “застревают” и начинают проводить все свободное время.

В результате фрустрации основной социально-позитивной деятельности – учебно-профессиональной – образуется своеобразный “вакуум” социальной активности, который заполняется “трудными” подростками пустым и бездумным времяпрепровождением в уличных компаниях.

В итоге по механизму регрессии они фиксируются, “застревают” на примитивных формах проведения досуга, где удовлетворение базисных потребностей в общении и статусных происходит примитивными способами – курением, выпивками, употреблением наркотиков, картежной игрой, прослушиванием низкопробных музыкальных записей.

“Примитивизация” деятельности – развлекательное времяпрепровождение – с неизбежностью приводит к дальнейшей “примитивизации” личности таких подростков, что проявляется в отсутствии элементарных культурных запросов, преобладании в структуре потребностей материальных, физиологических (сексуальные), извращенных квазипотребностей (алкоголь, наркотики и т. д.). На этом этапе своей деморализации “трудные” нередко становятся правонарушителями, а затем и преступниками.

Таким образом, дефекты правовой социализации в школе затрагивают все структурные элементы социализации и проявляются в дефектах выполнения социальной роли, в разрыве эмоциональных связей школьника (“трудновоспитуемого”) со своими одноклассниками и учителями, в выходе из-под норм социального контроля, в формировании извращенной примитивной структуры потребностей.

Источник: https://student2.ru/urispundenkciya/1865162-kriminogennost-defektov-pravovoy-socializacii-v-shkole/

Medic-studio
Добавить комментарий