РЕПРОДУКТИВНЫЙ ВЫБОР: Репродуктивный выбор – моральная автономия человека в вопросах

Биоэтические проблемы реализации репродуктивных прав человека

РЕПРОДУКТИВНЫЙ ВЫБОР: Репродуктивный выбор – моральная автономия человека в вопросах

План

  1. Медицинские вмешательства в репродукцию человека.
  2. Различные подходы к применению вспомогательных репродуктивных технологий.
  3. Биоэтические проблемы контрацепции и стерилизации.
  4. Биоэтические проблемы искусственного прерывания беременности.
  5. Биоэтические аспекты сексологии.

Медицинские вмешательства в репродукцию человека актуализируют моральные проблемы, связанные с медикализацией процесса зарождения новой жизни, контрацепции и искусственного прерывания беременности, с определением статуса эмбриона, установлением момента возникновения человеческой личности. Н.Н.

Исланова (2005) справедливо отмечает, что биоэтические дилеммы ставят перед философией и медициной вопросы об определении пределов личностно-телесной идентичности, о научной «точности» момента возникновения человеческой личности.

Важно заметить, что меж-дисциплинарный и трансдисциплинарный подходы, характерные для биоэтики, требует признания в качестве источника авторитетного суждения не только результаты научных исследований в медицине и биологии, философский разум, нормы международного (национального) права, религиозные традиции, но и обыденный опыт людей в конкретных политических и социально-экономических условиях.

Необходимость столь широкого социального контекста при обсуждении вопросов медицинского вмешательства в репродукцию человека не вызывает сомнения. При этом неизбежно возникают трудности в достижении консенсуса при рассмотрении различных, порой абсолютно противоположных, точек зрения.

Очевидно, что в качестве одного из предварительных условий содержательного обсуждения названных проблем выступает необходимость стандартизации терминологии. В этом отношении заслуживает внимания Глоссарий «Охрана репродуктивного здоровья работников.

Основные термины и понятия», утвержденный Департаментом госсанэпиднадзора Минздрава РФ 2 октября 2003 г. № II-8/13-09, в котором большинство терминов составляет стандартная международная терминология из документов ООН, ВОЗ, МОТ, МКБ-10 а также федеральных законов Российской Федерации.

В частности, в Глоссарии дано следующее определение репродуктивного здоровья:

«Репродуктивное здоровье – это состояние полного физического, умственного и социального благополучия, а не просто отсутствие болезней или недугов во всех вопросах, касающихся репродуктивной системы, ее функций и процессов.

Поэтому репродуктивное здоровье подразумевает то, что у людей есть возможность иметь доставляющую удовлетворение и безопасную половую жизнь и что у них есть возможность воспроизводить себя, и что они вольны принимать решение о том, делать ли это, когда делать и как часто.

Последнее условие подразумевает право мужчин и женщин быть информированными и иметь доступ к безопасным, эффективным, доступным и приемлемым методам планирования семьи по их выбору, а также другим методам регулирования деторождения по их выбору, которые не противоречат закону, и право иметь доступ к соответствующим услугам в области охраны здоровья, которые позволили бы женщинам благополучно пройти через этап беременности и родов и предоставили бы супружеским парам наилучший шанс иметь здорового младенца».

Из данного определения видно, что условия репродуктивного здоровья подразумевают:

— возможность иметь доставляющую удовлетворение и безопасную половую жизнь;

— возможность воспроизводить себя;

— свободу воли при принятии осознанного решения (осуществить репродуктивный выбор) на основании информированности и доступности к репродукционным технологиям.

Репродуктивный выбор – это проявление моральной автономии личнос-ти в вопросах сексуальности и деторождения.

https://www.youtube.com/watch?v=_tPyPNTafGg

Важнейшее из репродуктивных прав – право человека на свобод­ное, ответственное решение относительно числа своих детей и времени их рождения.

Применение вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) несет за собой риск снижения или возможной потери персональной ответственности за будущего ребенка, а также обостряет моральные и юридические проблемы, среди которых можно назвать следующие:

— не соблюдаются брачные узы;

— не соблюдается право будущего ребенка родиться в браке, вследствие объединительного деторождающего акта собственных родителей;

— проблемы суррогатного материнства (в том числе и защита прав            суррогатной матери);

— донорство гамет и связанная с этим анонимность донора;

— защита прав доноров и реципиентов;

— правовое и биоэтическое положение редукционных эмбрионов;

— использование эмбрионов для исследований.

Таким образом, при использовании ВРТ затруднено определение таких основных межличностных связей, как кровное родство, понятие о родителях и родственниках, защита прав человека. При этом непременно встают и биоэтические вопросы:

— уважение права личности и супругов на свободный выбор метода  планирования семьи;

— недопустимость любых методов  принуждения в выборе методов  пла-нирования семьи;

— не рассматривать аборт как метод планирования;

— уважение и соблюдение национальных и культурных традиций;

— подбор метода контрацепции врачом по медицинским показаниям.

Названные выше основные проблемы и вопросы, связанные с осуществлением медицинского вмешательства в репродукцию человека определяют необходимость глубокого осмысления новых репродуктивных технологий с позиций биоэтики.

В настоящее время применение вспомогательных репродуктивных технологий рассматриваются специалистами с различных позиций, что находит отражение в законодательных актах. Так,  К.А. Кириченко (2011) выделяет и анализирует два подхода к пониманию правовой сущности ВРТ.

«Медикализированный» подход предполагает понимание ВРТ как методов лечения бесплодия, а их применения — как способа реализации права на здоровье.

Более широкий, «фамилизированный» подход, включает в себя понимание применения вспомогательной репродукции как реализации права на создание семьи и уважение созданной таким образом семейной жизни.

Автор замечает, что юридически значимой особенностью ВРТ как способа реализации права на создание семьи является особый субъектный состав отношений: появление в самом процессе репродукции третьих лиц, осуществляющих свои действия для реализации предполагаемыми родителями их права на создание семьи (а затем — и уважение семейной жизни). Начало XXI в. сопровождается переходом законодателей и правоприменителей ряда стран и территорий именно к такой трактовке понимания ВРТ.

Сложные правовые вопросы применения ВРТ могут стать предметом судебного рассмотрения. Так, Европейским Судом по правам человека рассмотрено дело S.H. и другие против Австрии, по которому обжаловался предусмотренный национальным  законодательством запрет использования донорских яйцеклетки и спермы для экстракорпорального оплодотворения.

Правовая основа применения вспомогательных репродуктивных технологий в нашей стране определена в ст. 55 Федерального закона Российской Федерации от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон РФ № 323-ФЗ), в соответствии с которой:

«1. Вспомогательные репродуктивные технологии представляют собой методы лечения бесплодия, при применении которых отдельные или все этапы зачатия и раннего развития эмбрионов осуществляются вне материнского организма (в том числе с использованием донорских и (или) криоконсервированных половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов, а также суррогатного материнства).

  1. Порядок использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказания и ограничения к их применению утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
  2. Мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство. Одинокая женщина также имеет право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии ее информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство.
  3. При использовании вспомогательных репродуктивных технологий выбор пола будущего ребенка не допускается, за исключением случаев возможности наследования заболеваний, связанных с полом.
  4. Граждане имеют право на криоконсервацию и хранение своих половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов за счет личных средств и иных средств, предусмотренных законодательством Российской Федерации.
  5. Половые клетки, ткани репродуктивных органов и эмбрионы человека не могут быть использованы для промышленных целей.
  6. Быть донорами половых клеток имеют право граждане в возрасте от восемнадцати до тридцати пяти лет, физически и психически здоровые, прошедшие медико-генетическое обследование.
  7. При использовании донорских половых клеток и эмбрионов граждане имеют право на получение информации о результатах медицинского, медико-генетического обследования донора, о его расе и национальности, а также о внешних данных.
  8. Суррогатное материнство представляет собой вынашивание и рождение ребенка (в том числе преждевременные роды) по договору, заключаемому между суррогатной матерью (женщиной, вынашивающей плод после переноса донорского эмбриона) и потенциальными родителями, чьи половые клетки использовались для оплодотворения, либо одинокой женщиной, для которых вынашивание и рождение ребенка невозможно по медицинским показаниям.
  9. Суррогатной матерью может быть женщина в возрасте от двадцати до тридцати пяти лет, имеющая не менее одного здорового собственного ребенка, получившая медицинское заключение об удовлетворительном состоянии здоровья, давшая письменное информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство. Женщина, состоящая в браке, зарегистрированном в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, может быть суррогатной матерью только с письменного согласия супруга. Суррогатная мать не может быть одновременно донором яйцеклетки».

Отдельного рассмотрения заслуживает суррогатное материнство (СМ).

Само словосочетание «суррогатное материнство» вызывает негативные эмоциональные и оценочные оттенки из-за термина «суррогатное» (т.е. искусственное, поддельное, фальсифицированное). П.

Слотердайк (2005) показывает, что диадическое единство ребенка и матери представляет собой такую наполненную звуками, запахами и образами микросферу, в которой медиумами коммуникации выступают не слова, а пища, теплота, обмен взглядами и улыбками.

Особое значение автор придает тому установленному психоакустическому факту, что шестимесячный эмбрион реагирует на голос матери. Сказанное не позволяет отягощать материнство характеристикой «суррогатное».

Многие исследователи подчеркивают, что СМ оправдано только в исключительных случаях, при наличии достаточных оснований. Многие допускают использование СМ только на некоммерческой основе. Тем не менее, это самый сложный в этическом и юридическом отношении процесс.

Не лишено основания беспокойство относительно возможной дегуманизации пренатального ухода за ребенком в случаях СМ.

  В заявлении ВМА об искусственном оплодотворении и трансплантации эмбрионов (Мадрид, 1987) указано: «Если это не запрещено законами страны, национальной медицинской ассоциацией или другими медицинскими организациями, при оказании помощи не имеющей матки взрослой женщине, может быть использована процедура так называемого «суррогатного материнства».

Все участники подобной процедуры должны дать осознанное добровольное согласие на ее проведение. При принятии решения об использовании этого метода, врач обязан считаться со всеми законодательными, этическими и моральными аспектами проблемы «суррогатного материнства».

Сказанное не означает, что ВМА безусловно поддерживает идею «суррогатного материнства», при котором женщина за вознаграждение соглашается на искусственное оплодотворение спермой мужчины с целью рождения ребенка, который будет усыновлен этим мужчиной и его женой. ВМA безусловно отвергает любой коммерческий подход, при котором яйцеклетки, сперма и/или эмбрион становятся предметом купли-продажи».

В заявлении ВМА о праве женщины на использование контрацепции (Стокгольм, 1994) отмечено: «Всемирная Медицинская Ассоциация признает тот факт, что нежелательная беременность может оказать пагубное влияние как на здоровье самих женщин, так и на здоровье их детей. Способность регулировать и контролировать фертильность должна рассматриваться в качестве принципиального компонента проблемы сохранения физического и психического здоровья женщин, их социального благополучия.

Очень сильная, но зачастую не удовлетворенная потребность в контроле за фертильностью существует во многих развивающихся странах. Многие женщины в этих странах желают избежать беременности, но не используют средств контрацепции.

Контрацепция способна предотвратить преждевременную смерть женщин, связанную с риском нежелательной беременности. Оптимальное планирование вынашивания плода способно также внести свою лепту в решение проблемы детской смертности.

Даже в тех случаях, когда политические, религиозные или иные группы той или иной страны выступают против использования контрацепции, отдельные женщины, живущие в этих странах, должны иметь право выбора, когда речь заходит об использовании контрацепции».

Всемирная Медицинская Ассоциация настаивает на том, чтобы всем женщинам было разрешено контролировать фертильность путем сознательного выбора, а не случайным образом.

ВМА настаивает также на том, что индивидуальный выбор в вопросе использования контрацеп­ции является правом женщин, вне зависимости от их национальной принадлежности, социального статуса или вероисповедания.

Женщины должны иметь доступ ко всем средствам медицинской и социальной консультации, необходимым для получения максимальной пользы от планирования семьи».

В средствах массовой информации нередко появляются публикации, в которых многие опытные гинекологи предупреждают население о негативных последствиях применения оральных контрацептивов. Врачи подчеркива-ют, что агрессивная реклама, навязываемая фирмами-производителями, зачастую вводит в заблуждение женщин.

Поэтому гинекологи протестуют против свободной продажи таких препаратов, а также против неэтичного поведения своих коллег, которые в угоду коммерческим интересам нарушают правило добровольного информированного согласия и не объясняют женщинам о противопоказаниях и возможных осложнениях после применения контрацептивов.

Существующие методы контрацепции можно разделить на две группы – традиционные (ритмический, температурный, прерванный половой акт, механические и местные химические) и вторая группа – гормональные и внутриматочные средства (ВМС). Эффективность противозачаточных методов пропорциональна частоте побочных реакций и осложнений, обусловленных самими методами контрацепции.

Внедрение ВМС (внутриматочных средств) и их систематическое применение в слаборазвитых странах, не смотря на их абортивные функции и тот вред, который они наносят здоровью матери, является этически неоднозначным. Потому, что ВМС по своим характеристикам являются контрацептивно абортивными, а так же, из-за того, что в слаборазвитых странах способ установки этих противозачаточных средств далеко несовершенен.

Говоря об этическом аспекте контрацепции, следует обратить внимание на то, как ведется их пропаганда, и как иногда население вынуждают ими пользоваться (особенно имплантатами), не получив от людей информиро-ванного и осознанного согласия.

Одним из методов контрацепции является стерилизация – «перевязка» или создание искусственной непроходимости маточных труб. В настоящее время получает распространение не только женская, но и мужская стерилизация. Причем различают два вида – с последующим восстановлением генеративной функции и необратимую стерилизацию.

Согласно ч. 1 ст.

57 Федерального закона РФ № 323-ФЗ медицинская стерилизация как специальное медицинское вмешательство в целях лишения человека способности к воспроизводству потомства или как метод контрацепции может быть проведена только по письменному заявлению гражданина в возрасте старше тридцати пяти лет или гражданина, имеющего не менее двух детей, а при наличии медицинских показаний и информированного добровольного согласия гражданина — независимо от возраста и наличия детей.

По заявлению законного представителя совершеннолетнего лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным, если такое лицо по своему состоянию не способно выразить свою волю, медицинская стерилизация возможна по решению суда, принимаемому с участием совершеннолетнего лица, признанного в установленном законом порядке недееспособным (ч. 2 ст. 57 Федерального закона РФ № 323-ФЗ).

Перечень медицинских показаний для медицинской стерилизации определяется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 3 ст. 57 Федерального закона РФ № 323-ФЗ).

Контрацепция, в частности стерилизация, как средство подавления функции продолжения рода становится, с одной стороны, символом освобожденной сексуальности, а, с другой стороны, может приводить к утрате чувства моральной ответственности перед будущим поколением.

При рассмотрении казуса 5 «Добровольная стерилизация женщины» в книге «Медицина и права человека» в разделе 2 «Этика» отмечено, что специального международного деонтологического документа по данному вопросу нет. В разделе 3 «Религиозная мораль» указано:

«а. Католическая. В соответствии с учением католической церкви, стерилизация как средство, препятствующее деторождению, абсолютно запрещена, несмотря на всю субъективную обоснованность мотивов.

б. Протестантская. Этот вопрос решается только самой супружеской парой или даже скорее одной матерью, что не исключает определенного размышления и получения необходимой информации.

в. Иудейская. Иудаизм допускает перевязывание маточных труб в связи с тем, что женщина не обязана участвовать в деторождении наравне с мужчиной.

г. Мусульманская. При условии наличия общего согласия супругов перевязывание маточных труб считается законным, но только если оно не влечет за собой необратимой стерильности и психологически полезно супругам.

д. Буддийская.  Положительно относится к самому принципу, хотя остается проблема обратимости операции».

При рассмотрении казуса 6 «Добровольная стерилизация мужчины» в разделе 3 «Религиозная мораль» находим:

«а. Католическая. Добровольная стерилизация противоречит принципу свободы человеческого тела и поэтому допускается католической моралью только по показанию врача.

б. Протестантская. Данный случай относится к личной ответственности как пациента, так и врача. Отсюда вопрос: что значит поступать ответственно? Выдвигаемые мотивы выглядят незначительными и в высшей степени спорными. Обстоятельная беседа с пациентом может позволить лучше понять, к чему он по-настоящему стремится, и поступать сообразно этому.

в. Иудейская. Поскольку обязанность продолжения рода лежит главным образом на мужчине, ему запрещается предпринимать какие-либо шаги по лишению себя этой возможности. Тора глубоко осуждает и отвергает поведение Онана (книга Бытия, 38, 9), считая его одним из самых тяжких нарушений Закона, потому что при этом жизнь уничтожается в самом истоке.

г. Мусульманская. Поскольку перевязывание семенных канатиков требуется неженатому мужчине для того, чтобы вести более свободную половую жизнь, подобное действие полагается аморальным и предосудительным и потому запрещается.

д. Буддийская.  Отрицательное суждение:

Право на обращение с подобной просьбой относится к числу наиболее неотъемлемых (с точки зрения буддизма), при условии, что операция не наносит ущерба другому лицу. Однако:

— это может поощрять распущенность: в целом буддизм видит в привязанности, в частности в физическом желании, одну из главных причин страдания человека (хотя это отнюдь не означает, что он выступает за другую крайность, за воздержание …). «Среди томящихся и изнывающих будем жить счастливо, не страдая по чувственным удовольствиям» (Дхаммапада, 199).

— существует проблема обратимости операции».

В Основах социальной концепции Русской Православной Церкви, в разделе XII «Проблемы биоэтики» установлено:

«XII.3. Религиозно-нравственной оценки требует также про­блема контрацепции. Некоторые из противозачаточных средств фактически обла­дают абортивным действием, искусственно прерывая на самых ранних стадиях жизнь эмбриона, а посему к их употреблению применимы суждения, относящиеся к аборту.

Другие же средст­ва, которые не связаны с пресечением уже зачавшейся жизни, к аборту ни в какой степени приравнивать нельзя. Определяя от­ношение к неабортивным средствам контрацепции, христиан­ским супругам следует помнить, что продолжение человеческого рода является одной из основных целей богоустановленного брач­ного союза (см. Х.4).

Намеренный отказ от рождения детей из эгоистических по­буждений обесценивает брак и является несомненным грехом.

Вместе с тем супруги несут ответственность перед Богом за полноценное воспитание детей. Одним из путей реализации от­ветственного отношения к их рождению является воздержание от половых отношений на определенное время.

Впрочем, необхо­димо памятовать слова апостола Павла, обращенные к христи­анским супругам: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согла­сию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздер­жанием вашим» (1 Кор. 7. 5).

Очевидно, что решения в этой об­ласти супруги должны принимать по обоюдному согласию, при­бегая к совету духовника.

Последнему же надлежит с пастыр­ской осмотрительностью принимать во внимание конкретные условия жизни супружеской пары, их возраст, здоровье, степень духовной зрелости и многие другие обстоятельства, различая тех, кто может «вместить» высокие требования воздержания, от тех, кому это не «дано» (Мф. 19. 11), и заботясь прежде все­го о сохранении и укреплении семьи.

Священный Синод Русской Православной Церкви в определе­нии от 28 декабря 1998 года указал священникам, несущим духовническое служение, на «недопустимость принуждения или склонения пасомых, вопреки их воле, к… отказу от супружеской жизни в браке», а также напомнил пастырям о необходимости «соблюдения особого целомудрия и особой пастырской осторож­ности при обсуждении с пасомыми вопросов, связанных с теми или иными аспектами их семейной жизни».

Источник: https://pediatrino.ru/bioetika/bioeticheskie-problemy-realizatsii-reproduktivnyh-prav-cheloveka/

Учебно-методическим объединением по медицинскому и фармацевтическому образованию вузов России в качестве учебного пособия для студентов медицинских вузов

РЕПРОДУКТИВНЫЙ ВЫБОР: Репродуктивный выбор – моральная автономия человека в вопросах

РЕПРОДУКТИВНЫЙ ВЫБОР

Репродуктивный выбор – моральная автономия человека в вопросах планирования семьи, деторождения и сексуальной жизни.

Моральная автономия осуществляется на индивидуальном уровне (одинокая женщина, супружеская пара). На макросоциологическом уровне моральная автономия приобретает черты стихийности, выражаемой в определенной тенденции.

Социологические вопросы, проведенные в стране в начале XXI века, показали, что 72% опрошенных высказались за традиционную семью, 16% – за сожительство, 7% – за церковный брак, 5% – за вольную жизнь (Труд. 2003. 6 мая. С.2).

Таким образом, несмотря на глубокие социальные, экономические, культурные сдвиги последнего десятилетия в России традиционные нормы нуклеарной семьи в представлениях, планах наших граждан еще сохраняются: за них высказались, в целом 79%, к этому можно прибавить и 16% тех, кто за сожительство, что в жизни чаще считается гражданским браком.

Выявленные намерения относительно деторождения в опросах коррелируют с вышеприведенными результатами. 6% заявили о нежелании иметь детей вообще (см. выше: 5% – за вольную жизнь), 7% заявили о намерении иметь не менее четырех детей (см. выше: 7% – за церковный брак), 9% высказали намерение иметь одного ребенка, 48% – двух, 30% – трех детей.

Таким образом, моральная автономия в вопросах деторождения (здесь речь идет о намерениях) приводит к тому, что лишь 37% опрошенных могут способствовать расширенному воспроизводству населения, 48% – простому воспроизводству. В реальности формы совместного проживания и количество детей в семьях отличаются от заявленных. Налицо противоречие между моральной автономией супружеской пары, отдельного человека и демографической ситуацией в целом.

РЕПРОДУКТИВНОЕ ЗДОРОВЬЕ

Репродуктивное здоровье – способность человека производить потомство и вести сексуальную жизнь.

РЕПРОДУКТИВНОЕ ПРАВО

Репродуктивное право – совокупность принципов и гарантий, обеспечивающих репродуктивное здоровье человека (Конституция РФ, Ст.38,41; Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан, СТ.35-37).

РЕЦИПИЕНТ

Реципиент – лицо, которому производится пересадка органа, ткани или имплантация искусственного органа.

САКРАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ

Сакральная модель отношения «врач – пациент» – модель, в которой врач, будучи специалистом в медицине, выступает в то же время в качестве знатока жизни вообще, в качестве нового «священника».

Для этой модели характерны такие речевые формы как: «это является риском, который Вы не должны брать», «ваша семья должна быть вашим первым соображением», «говорю Вам как врач» и др. В этих советах мы видим перенос знаний из медицины и личного опыта на пациента, т.е.

врач берет на себя решение проблем, которые выходят за пределы его компетенции. Они являются личностными проблемами пациента, которые только он и должен решать.

Главный принцип сакральной модели следует гиппократовой традиции и патерналистской модели: «Приноси пользу пациенту и не нанеси вреда».

Верный по существу этот принцип не допускает другие принципы – уважение автономии личности, информированное согласие. Определяется ли польза или вред только медицинскими знаниями? Нет.

В медицинской практике имеет место, например, отказ представителей некоторых религиозных сект от переливания крови.

Отношение врача к пациенту как к ребёнку сближает сакральную и патерналистскую модели. Тем самым она несёт в себе те же возможности и ограничения (см. «Патерналистская модель»).

СЕСТРОГЕНИИ

Сестрогении – негативные психогенные состояния пациента, обусловленные ненадлежащим поведением среднего медицинского персонала.

Причинами сестрогений, как правило, выступают: недостаток внимания к пациенту со стороны медсестры, амбициозность, самолюбие и невысокий уровень общей и профессиональной культуры. Например, в больничной палате медицинская сестра на вопрос больной о том, какая у меня болезнь, ответила: «Если я скажу что у Вас, мне доктор язык отрежет».

Основной способ предотвращения сестрогений – повышение общей и профессиональной культуры среднего медперсонала. Подобная задача вполне по плечу средним специальным медицинским образовательным учреждениям.

СМЕРТЬ МОЗГА

Смерть мозга (респираторный мозг) – состояние необратимой утраты функции головного мозга при сохранении кровообращения и дыхания, которые могут искусственно поддерживаться в течение длительного времени.

Проблема смерти, составляющая противоположную сторону бытия человека (проблема жизни) – одна из краеугольных камней философии, религии, естествознания, в том числе медицины.

Констатация смерти человека как задача имела место во все времена, но особенно важной она стала в эпоху развития реаниматологии и трансплантологии.

В проблеме констатации момента смерти важную роль играют этические, религиозные, правовые и медицинские вопросы.

Начиная с XVI века, в медицинской и юридической литературе описывается множество случаев ошибочной диагностики смерти и даже похорон мнимо умерших людей.

В медицине не раз обсуждалась достоверность традиционных признаков смерти: – прекращение дыхания и сердцебиения, – нечувствительность к электрическим импульсам, – окоченение мышц, – бледность и цианоз, – гипостаз, – трупные пятна и др.

Несмотря на развитие медицинской науки и практики, на сегодняшний день вопрос о критериях смерти остается дискуссионным. На это указывает хотя бы немалое число международных конференций, симпозиумов по проблеме критериев смерти человека.

Всплеск интереса к проблеме критериев смерти связан с бурным развитием реаниматологии и трансплантологии, с острой потребностью в донорских органах.

Возникает дилемма: если раньше о моменте смерти судили по прекращению жизненно важных функций (пульс, сердцебиение, дыхание, рефлексы), то сейчас такие технологии как искусственная вентиляция легких, электростимуляция, искусственное кровообращение позволяют при отсутствии этих признаков искусственно поддерживать функционирование человеческого организма, т.е. смерть можно сделать управляемым процессом.

Но всегда ли это целесообразно с точки зрения этики, медицины, религии, права? Реаниматология ставит острые вопросы: – применять ли реанимацию у заведомо неизлечимых больных; – как долго следует продолжать искусственное поддержание жизни при травме, несовместимой с жизнью; – что же все-таки считать объективным критерием смерти человека?

На сегодняшний день законодательства многих стран юридически уравнивают термины «смерть мозга» и «смерть человека». В 70-80-е годы XX века многочисленные медицинские организации во всем мире разработали специфические критерии для диагноза смерти мозга. Такие критерии появились в Великобритании, Канаде, США, Швеции, Японии и в некоторых странах Азии.

Все эти стандарты, по существу, пришли к согласию по трем клиническим заключениям: – кома, – отсутствие дыхания (потеря спонтанного дыхания), – отсутствие рефлексов ствола мозга.

Организм в состоянии смерти мозга обречен на смерть в традиционном понимании (на остановку сердца) в пределах ближайших дней или (редко) двух недель, очень редко – в течение большего времени.

Смерть мозга как синоним констатации смерти всего организма была сначала описана в медицинской литературе в 1959 г. На пути выработки приемлемых критериев смерти мозга принимались и отвергались: запредельная кома, необратимая кома, апаллическое состояние, смерть неокортекса и др. В конце концов, к 1994 г.

сложились две правовые позиции относительно того, что означает быть мертвым в терминах функций мозга: – «смерть мозга» – необратимая потеря всех функций мозга, включая и ствол мозга, «постоянное вегетативное состояние»; – необратимая потеря более высоких функций мозга, ствол мозга в значительной степени не поврежден.

Однако последняя позиция не имеет юридического статуса.

Смерть мозга следует отличать от постоянного вегетативного состояния. Постоянное вегетативное состояние (ПВС) происходит в результате повреждения коры головного мозга, которая управляет познавательными функциями. Однако тело не является мертвым, все еще может иметь место самопроизвольное дыхание и сердечное сокращение. Но отсутствует сознательное взаимодействие со средой.

Диагноз ПВС можно подтвердить при наблюдении от 3 до 6 мес. Люди в этом состоянии требуют сострадательного и уважительного отношения, быть свободными от боли и дискомфорта, но они не нуждаются в технологической поддержке или лечении, которое не принесет никакого улучшения их статуса.

В связи с подобным состоянием возникают серьезные проблемы с выделением ресурсов на их обслуживание, питание, гидратацию.

В СССР соответствующие документы были утверждены Минздравом СССР в 1984 г. (временная инструкция) и в 1987 г. (постоянная инструкция), а в Российской Федерации – в 1993г. (Инструкция по констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга. Приказ Минздрава РФ №100/30 от 02.04.2001г.).

Констатация наступления смерти проводится комиссией врачей, в которую входят реаниматолог-анестезиолог с опытом работы не менее 5 лет, невролог, специалисты по дополнительным методам исследований. В состав комиссии не могут включаться специалисты, принимающие участие в заборе и трансплантации органов.

Действие Инструкции не распространяется на установление смерти мозга у детей.

При обсуждении этических, правовых, религиозных и медицинских аспектов критерия «смерть мозга» важным является вопрос о надежности этого критерия.

Мировой 40-летний опыт свидетельствует о том, что диагностика смерти мозга, если она выполняется без нарушения инструкций, абсолютно надежна.

Ни один больной в мире в этом состоянии не выжил более указанного срока, все такие больные обречены на остановку сердца.

Диагностика смерти мозга обязательно должна включать следующие условия: – действующий персонал, прошедший специальную подготовку; – вся процедура строго документируется; – решение о прекращении жизнеподдерживающих мероприятий принимается коллегиально; – информирование родственников необязательно, ибо родственникам важно знать то, что были приняты все меры для сохранения жизни и излечения больного, но они оказались безрезультатными. Важной этической проблемой остается отношение всего общества к критерию «смерть мозга». Ведь для многих людей смерть знаменуется остановкой сердца. Это еще раз свидетельствует о том, что биоэтическая культура – весьма востребованная задача.

Стерилизация медицинская (половая) (обеспложивание; лат. sterilis – бесплодный) – технология воздействия на организм человека с целью лишения возможности воспроизводства потомства при сохранении функции половых желез

Различают стерилизацию половую: биологическую – временную вследствие выработки организмом женщины антител к сперме после подкожного ее введения; лучевую – воздействие ионизирующего излучения на половые железы; хирургическую – осуществляется посредством хирургической операции на половых органах.

Стерилизация является ограничивающим типом медицинского вмешательства в репродуктивную деятельность человека наряду с контрацепцией и абортом.

В настоящее время используется два вида стерилизации. Один из них – с восстановлением репродуктивной функции («зажимы Фельше»), другой – так называемая необратимая стерилизация («перевязка» или создание искусственной непроходимости маточных труб). На сегодняшний день получает распространение не только женская, но и мужская стерилизация (вазэктомия).

Стерилизация как медицинская технология является инструментом планирования семьи и демографической политики.

Широкое ее применение приходится на XX век. В Канаде с 1928 г. по 1978 г. возможности иметь детей были лишены 2000 человек. Более 500 из них позже потребовали компенсацию за операции, сделанные против их воли.

В Швеции в 1935-1975 гг. в законодательном порядке подверглись стерилизации 63 тыс человек, из них от 6 до 15 насильственно.

https://www.youtube.com/watch?v=DLXa9D1h5RE

В США до середины 40-х годов стерилизация была разрешена законами 27 штатов. Чаще всего ее делали выходцам из нищих семей иммигрантов и этнических меньшинств (негры, индейцы, пуэрториканцы). В общей сложности ее объектом стали 60 тыс человек.

В нацистской Германии «Закон о предотвращении наследственных заболеваний» (1934 г.) действовал вплоть до 1945 г. Его жертвами стали несколько сотен тысяч человек.

С 60-х годов XX века мужская и женская стерилизации распространяются под лозунгом «планирования рождаемости». Особенно остро эта проблема стала для стран с избыточным населением. В Индии с 1975 г. каждый доброволец-мужчина получал после операции 15 долларов, женщина – 22.

Только за вторую половину 1976 г. стерилизации подверглись 6,5 млн человек, причем многие насильно. В Китае рождаемость регулируется принятым в 1995 г. Законом об охране материнства и детства. Около 5% населения Китая пользуется стерилизацией.

Однако по мнению западных экспертов, местные китайские власти часто нарушают права граждан на добровольную стерилизацию. В США 30% семей в детородном возрасте выбирают женскую или мужскую стерилизацию. В мире стерилизацию используют 18% женщин и 4% мужчин (Сестринское дело.

Т.1. Самара. 1998. С.96).

Правовой аспект. В СССР стерилизация была разрешена только в конце 80-х годов XX века (Приказ МЗ № 484) только для женщин. В соответствии с «Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан» (Ст.

37) стерилизация может быть проведена только по письменному заявлению гражданина (не только женщины, но и мужчины) не моложе 35 лет или имеющего не менее двух детей; при наличии медицинских показаний, перечень которых включает 55 заболеваний (например, хроническая ишемическая болезнь сердца, эпилепсия, умственная отсталость и др.), а также согласия гражданина независимо от возраста и наличия детей.

Операция медицинской стерилизации должна проводиться в учреждениях государственной или муниципальной системы здравоохранения. Решение о производстве стерилизации при наличии письменного согласия решается комиссией, включающей лечащего врача и под председательством главного врача. Проводится она в гинекологическом отделении у женщин и в урологическом – обычно по месту лечения – для мужчин.

В соответствии с законодательством и этическими нормами (уважение моральной автономии и информированное согласие) проведение стерилизации может быть только с добровольного согласия пациента. В России стерилизацией пользуется менее 1% населения.

Демографическая ситуация в стране требует мер, направленных на рост рождаемости. Именно с этим связано принятие Государственной думой постановления в отношении Федерального закона «О рекламе медицинских изделий и лекарственных средств» от 12.05.1999 г.

, которое запрещает рекламу средств стерилизации.

В российском законодательстве отсутствует норма, предписывающая получение согласия от супруга того лица, которое подвергается стерилизации.

Однако несогласный супруг, будучи не вправе запретить стерилизацию супруги, может потребовать расторжения брака.

В случае неудачной стерилизации возможно взыскания в пользу супругов материального возмещения, состоящего в расходах на операцию, и морального вреда, возникшего в связи с незапланированной беременностью, неудобствами и т.д.

Незаконное проведение, а тем более принудительное, медицинской стерилизации влечет за собой уголовную ответственность. Тем не менее, в нашей стране время от времени поднимается вопрос о принудительной стерилизации.

Чаще всего речь идет о социопатических женщинах (алкоголички, наркоманки, с «букетом» венерических и прочих заболеваний). Дети, рожденные от таких женщин, выступают средством получения социального пособия, не получая надлежащего ухода, воспитания. Статистика по этой проблеме безрадостная.

По некоторым данным, 700 тысяч детей находятся без родительского попечения (из них одна треть в сиротских учреждениях); более 50 тысяч детей ежегодно убегают из дома; 280 тысяч родителей стоят на учете (Известия. 2004. № 89. С.1).

Государство, со своей стороны, не в силах взять на себя все обязательства по заботе о таких детях или детях, от которых отказалась мать. Именно на этой почве возникают предложения о принудительной стерилизации определенной группы женщин.

Социологические опросы свидетельствуют о том, что принудительную стерилизацию в нашей стране поддерживают 43% молодых и 28% пожилых граждан (Человек. 1996. №5. С.46). Среди воспитанников детских домов только 10% детей – сироты.

Этический аспект. В Этическом кодексе российского врача специально не выделено отношение к стерилизации.

Однако в контексте с прописанными этическими нормами и принципами можно с уверенностью предположить, что медицинская стерилизация, как аборт и контрацепция, допустима, а ее производство никаких моральных проблем не порождает. В реальной медицинской практике медицинский персонал в таких случаях ориентируется на закон.

Религиозный аспект. Отношение православия к стерилизации в основном совпадает с отношением к контрацепции и аборту.

Во всех этих случаях оно исходит из тезиса о том, что «намеренный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений обесценивает брак и является несомненным грехом» («Основы социальной концепции РПЦ», XIII – 3). Исключение составляют случаи, когда здоровью или жизни женщины угрожает опасность.

Католицизм считает абсолютно неприемлемым любое посягательство на физическую целостность человека, независимо даже от согласия последнего. Протестантизм считает необходимым полное уважение достоинства человека.

Иудаизм ортодоксальный считает вазэктомию нанесением увечья телу и ее не разрешает, хотя стерилизация женщин иногда допускается в случае, если существует опасность для ее жизни. Реформистский иудаизм все вопросы планирования семьи оставляет на усмотрение супружеской пары, в том числе решение иметь ли детей вообще.

Ислам не приемлет кастрации, поскольку она приводит к окончательной стерилизации, и аморальность ее в том, что она разрушает целостность человека. Буддизм высказывается сходно с другими религиями в этом вопросе.

СУРРОГАТ

Суррогат (лат. surrogatus – «поставленный вместо другого») – заменитель, обладающий лишь некоторыми свойствами заменяемого предмета, продукта.

СУРРОГАТНОЕ МАТЕРИНСТВО

Суррогатное материнство – все случаи, когда зачатие, вынашивание и рождение ребенка осуществляются женщиной с целью передачи его другим лицам для усыновления..

Суррогатное материнство как разновидность вспомогательной репродуктивной технологии призвано решить проблему женского бесплодия. Использование методов ЭКО ПЭ и искусственной инсеминации обусловливает сложность этических, правовых, религиозных вопросов.

Отношение к суррогатному материнству противоречивое. Сторонники этого метода исходят, прежде всего, из права человека на частную жизнь и права иметь потомство. Наибольшие протесты суррогатное материнство вызывает со стороны христианства и представителей традиционных этических позиций.

В каждой стране есть и сторонники, и противники этой технологии. Например, во Франции и Германии суррогатное материнство запрещено. Если обнаруживают «суррогатных преступников», то виновным становится врач.

В США в 19 штатах обсуждаются проекты законов, запрещающих применение метода «суррогатного материнства», хотя на сегодняшний день законодательством разрешено суррогатное материнство.

Проблем, возникающих при использовании этого метода, немало. Примерно 1% суррогат-матерей нарушают контракт с супружеской парой и после родов отказываются отдать ребенка юридическим родителям.

Сложность подобной ситуации в том, что согласно общепринятым положениям, доноры половых клеток, а здесь таковыми могут являться и юридические родители, не могут рассматриваться как истинные родители.

Хотя нельзя не учитывать того, что здесь донорство отличается от обычного.

В процессе вынашивания и продолжении половой жизни суррогат-матерью могут возникнуть сомнения в том, что беременность возникла в результате переноса эмбрионов. В литературе описан случай рождения суррогат-матерью плода с микроцефалией.

И лишь анализ групп крови и другие тесты показали, что ребенок не супруга-заказчика, а ребенок суррогат-матери и ее сожителя.

Суррогатное материнство порождает ряд острых биоэтических проблем: – анонимность доноров; – редукция эмбрионов; – феномен «генеалогической путаницы»; – наличие нескольких родителей (юридических, биологических, вынашивающей матери).

Непростые этические и правовые вопросы возникают в случае, когда суррогатная мать не соблюдает режим, и ребенок рождается больным, даже если патология возникает вследствие генетических, экологических или других причин.

В доперестроечное время суррогат-материнство осуждалось и оценивалось как «гримаса» буржуазного общества. В последние же годы, годы глубоких экономических и социальных преобразований, этот способ вспомогательной репродуктивной технологии признан, и тысячи женщин обрели радость материнства.

В «Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан» (Ст. 22, 35) закреплено право совершеннолетней женщины детородного возраста на материнство, на искусственное оплодотворение и имплантацию эмбриона.

Правовая регламентация возникающих спорных ситуаций при использовании суррогатного материнства прописана в законодательных нормах Семейного кодекса (Ст. 51) и Федеральном законе «Об актах гражданского состояния» (1997, Ст.

16): – согласие суррогатной матери на вынашивание эмбриона на момент имплантации оформляется письменно; – супружеская пара записывается родителями ребенка только с письменного согласия суррогатной матери.

В соответствии с законодательством на искусственное оплодотворение имеет право как замужняя, так и одинокая женщина. Вопрос о вознаграждении в законодательстве не прописан, а значит и не запрещен.

Очевидно, сроки, формы и объемы вознаграждения определяются в рамках личной договоренности. Средства массовой информации сообщают о том, что услуга суррогатной матери стоит от 10 до 30 тысяч долларов.

Среди противников суррогатного материнства в России имеются представители разных социальных групп и профессий, но большинство составляют православные верующие. Официальная позиция русского православия представлена в «Основах социальной концепции РПЦ».

В них суррогатное материнство осуждается как «противоестественное и морально недопустимое даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе».

Пагубность суррогатного материнства русское православие видит в нарушении целостности личности и исключительности брачных отношений, в том, что допускается вторжение третьей стороны. Все это вместе, по мнению РПЦ, порождает «безответственное отцовство, материнство и подрывает основу семейных взаимосвязей».

Предлагаемое православием решение проблемы бесплодия путем усыновления (удочерения) действительно не является противоестественным, но и оно для супружеской пары не является беспроблемным: здоровье усыновляемого, организационные издержки, психологическая совместимость.

Бесспорно, необходимо уважать взгляды, аргументы противников суррогатного материнства. Однако бескомпромиссная позиция РПЦ ведет к уходу от некоторых реальных проблем планирования семьи, проблем женского бесплодия и права на потомство.

Возникающее противоречие между желанием супружеской пары (или одинокой женщины) иметь потомство и последствиями наследственной или прижизненной болезни, травмы, социальных обстоятельств никогда не должно лишать человека его фундаментальных прав.

Источник: https://refdb.ru/look/2137946-p11.html

Движение за запрет абортов

РЕПРОДУКТИВНЫЙ ВЫБОР: Репродуктивный выбор – моральная автономия человека в вопросах



Обратная связь

ПОЗНАВАТЕЛЬНОЕ

Сила воли ведет к действию, а позитивные действия формируют позитивное отношение

Как определить диапазон голоса – ваш вокал

Как цель узнает о ваших желаниях прежде, чем вы начнете действовать. Как компании прогнозируют привычки и манипулируют ими

Целительная привычка

Как самому избавиться от обидчивости

Противоречивые взгляды на качества, присущие мужчинам

Тренинг уверенности в себе

Вкуснейший “Салат из свеклы с чесноком”

Натюрморт и его изобразительные возможности

Применение, как принимать мумие? Мумие для волос, лица, при переломах, при кровотечении и т.д.

Как научиться брать на себя ответственность

Зачем нужны границы в отношениях с детьми?

Световозвращающие элементы на детской одежде

Как победить свой возраст? Восемь уникальных способов, которые помогут достичь долголетия

Как слышать голос Бога

Классификация ожирения по ИМТ (ВОЗ)

Глава 3. Завет мужчины с женщиной

Оси и плоскости тела человека – Тело человека состоит из определенных топографических частей и участков, в которых расположены органы, мышцы, сосуды, нервы и т.д.

Отёска стен и прирубка косяков – Когда на доме не достаёт окон и дверей, красивое высокое крыльцо ещё только в воображении, приходится подниматься с улицы в дом по трапу.

Дифференциальные уравнения второго порядка (модель рынка с прогнозируемыми ценами) – В простых моделях рынка спрос и предложение обычно полагают зависящими только от текущей цены на товар.

Тема 4.1. Моральные проблемы медицинских вмешательств в репродукцию человека.

Понятие «репродуктивное здоровье», «репродуктивный выбор», «репродуктивные права».

«Репродуктивное здоровье –это состояние полного физического, умственного и социального благополучия, а не просто отсутствие болезней или недугов во всех вопросах, касающихся репродуктивной системы, ее функций и процессов.

Поэтому репродуктивное здоровье подразумевает то, что у людей есть возможность иметь доставляющую удовлетворение и безопасную половую жизнь и что у них есть возможность воспроизводить себя, и что они вольны принимать решение о том, делать ли это, когда делать и как часто.

Последнее условие подразумевает право мужчин и женщин быть информированными и иметь доступ к безопасным, эффективным, доступным и приемлемым методам планирования семьи по их выбору, а также другим методам регулирования деторождения по их выбору, которые не противоречат закону, и право иметь доступ к соответствующим услугам в области охраны здоровья, которые позволили бы женщинам благополучно пройти через этап беременности и родов и предоставили бы супружеским парам наилучший шанс иметь здорового младенца».

Репродуктивный выбор – это проявление моральной автономии личности в вопросах сексуальности и деторождения.

Репродуктивные права –право мужчин и женщин на получение информации и на доступ к безопасным, эффективным, недорогим и доступным способам регулирования рождаемости, в соответствии с их выбором, а также право на доступ к надлежащим службам здравоохранения, которые могут обеспечить для женщин безопасные беременность и роды, а также создать для супружеских пар наилучшие возможности для того, чтобы иметь здорового ребенка.

Моральные аспекты проблемы аборта (виды аборта; моральный статус эмбриона и плода; автономия беременной женщины и право плода на жизнь; движение за запрет абортов; аборт и религиозная мораль).

Аборт– процесс прерывания беременности. Различают самопроизвольный аборт (выкидыш) и искусственный, подразумевающий медицинское вмешательство в процесс течения беременности.

По сроку прерывания беременности аборт классифицируется на ранний (до 12 недель) и поздний (с 12 до 28 недель). Прерывание беременности в срок после 28 недель называют преждевременными родами.

В зависимости от сроков беременности и применяемой аппаратуры различают несколько видов абортов:

Медикаментозный аборт. Данный метод заключается в применении таблеток, которые останавливают развитие беременности. С этой целью применяют Мифепристон.

Препарат тормозит образование и действие прогестерона, который считается основным гормоном беременности. То есть беременность замирает.

Дополняет действие данного препарата Мизопростол, который вызывает схваткообразные сокращения матки, что помогает отторгнуть плодное яйцо.

«Мини-аборт» с использованием специального вакуум-аппарата, который, создавая отрицательное давление в полости матки, «отрывает» плодное яйцо от стенки. В дальнейшем происходит удаление эмбриона из полости.

Хирургический аборт заключается в проведении выскабливании. При этом удаляется эмбрион вместе с частью слизистой оболочки матки. Непосредственно перед выскабливанием необходимо увеличить просвет канала шейки матки с помощью специальных расширителей, чтобы стало возможным введение кюретки.

Термином «эмбрион» обычно называют оплодотворенную яйцеклетку вплоть до 8 недель беременности.

Если за начало эмбрионального развития принимается момент формирования зиготы, то в первые дни после оплодотворения клеточные деления образуют группу одинаковых клеток, кроме того, чуть позже образующийся бластоцист еще не прикреплен к стенке матки, что позволяет некоторым современным специалистам говорить не об эмбрионе, а о преэмбрионе. На этом этапе большая часть клеток не является ни структурированной, ни индивидуально определенной сущностью, но скорее источником роста плаценты, а потому не может считаться собственно эмбрионом. Приблизительно на 14-й день появляется первичная полоска, после чего формируется нервная система. Это послужило основанием для положения, вошедшего в законодательство многих стран, что граница 14 дней есть последний срок, когда возможно проведение исследований на человеческих зародышах.

Далее мнения разных авторов начинают расходиться, при этом часто говорится о том, что по своему статусу эмбрион – это личность (сторонники «сохранения жизни»), а другие (сторонники «свободного выбора»), что это лишь потенциальная, а не реальная личность вплоть до самого рождения.

Критерий реакции на раздражители, чувствительности, понимается как способность ощущать удовольствие и боль, приятное и неприятное. Выбор этого критерия как основы для определения морального статуса плода и его права на жизнь позволяет выработать рациональную моральную оценку прерывания беременности.

Упомянутый критерий открывает возможность решения и многих других проблем, как, например, отношение к животным, детям с врожденными умственными дефектами, к неизлечимо больным людям, находящимся на грани жизни и смерти, даёт возможность установить существенное с моральной точки зрения различие между ранним и поздним прерыванием беременности.

Принимая во внимание, что эмбрион и зародыш человека являются потенциальной личностью, мы наделяем их уважительным отношением и правом на жизнь, при этом такое право становится все сильнее по мере развития плода, а на определенном этапе, во время третьего триместра беременности, оно настолько сильно, что последствия уничтожения плода соотносимы с убийством, а извлеченный плод может рассматриваться как пациент. Именно поэтому законодатели в большинстве случаев не допускают прерывания беременность на поздних сроках. Однако реакция плода на раздражители формируется ранее, во втором триместре беременности (3-6 месяцев). Поэтому обычно только моральная оценка раннего прерывания беременности (в ее первой трети) более терпима, признается, что женщина имеет право быть автономной в принятии решения, как о применении противозачаточных средств, так и о раннем прерывании беременности, они как бы приравниваются друг к другу. Сформулированные положения совпадают с существующей и ставшей уже привычной практикой, но продолжают служить объектом ожесточенной критики, причем как тех, кто ратует за недопустимость прерывания беременности на любом сроке, так и тех, кто готов это допускать.

Автономия беременной женщины и право плода на жизнь. Очевидно, что наиболее остро проблема прерывания беременности воспринимается женщиной. Именно женщина оказывается вовлеченной в решение выбора жизни и смерти, именно от нее зависит жизнь человеческого существа.

Право женщины распоряжаться своим телом завоевывало себе место в европейской культуре с трудом. Сначала появляются так называемые медицинские показания к аборту (узкий таз, гидроцефалия плода), затем эти показания расширялись, к ним присоединяются˸ болезни сердца, почек, туберкулез, душевные заболевания, наследственные болезни.

В первой половине ХIХ века сформулировано понятие ʼʼсоциальные показанияʼʼ искусственного прерывания беременности (изнасилование, инцест, чрезмерная нужда). Постепенно объём расширяется за счёт – ʼʼжелание мужаʼʼ, ʼʼжелаемое количество детейʼʼ.

В итоге многие страны вынуждены были признать автономию женщины принимать решение о прерывании беременности и не только в первой ее трети.

В преамбуле Конвенции о правах ребенка, принятой резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 ᴦ., отмечено, что государства-участники Конвенции принимают во внимание, что ʼʼребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в надлежащей правовой защите, как до, так и после рожденияʼʼ.

В соответствие со ст. 1 Конвенции ребенком признается каждое человеческое существо до достижения 19-летнего возраста. Вместе с тем в Конвенции не установлен начальный момент, с которого следует признать человеческое существо ребенком.

Из сказанного можно заключить, что ребенком является человеческое существо как до так и после рождения.

В ч. 1 ст. 4 Американской конвенции о правах человека определено, что каждый человек вправе на уважение его жизни. Это право защищается законом и, как правило, с момента зачатия. Никто не должна быть произвольно лишен жизни.

Очевидно, что при таком подходе к решению вопроса о правовом статусе плода можно говорить о приоритете публичного интереса над частным интересом женщины в вопросах сохранения или прерывания беременности.

Согласно ч. 2 ст. 17 Конституции РФ основные права и свободы человека принадлежат каждому от рождения. В соответствии с этим конституционным решением вопроса о моменте возникновения общей правоспособности находятся нормы, закрепленные в ст.

56 Федерального закона РФ № 323-ФЗ, анализ которых позволяет заключить, что право женщины на искусственное прерывание беременности рассматривается с позиции частно-публичного интереса. С одной стороны, в данной статье речь идет о том, что каждая женщина вправе самостоятельно решать вопрос о материнстве.

С другой стороны, искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, а при сроке беременности до 22 недель лишь по социальным показаниям.

Заслуживает внимание рассмотрение вопроса о праве врача на отказ от производства аборта. Возможность отказа врача от производства аборта предусмотрена Декларацией ВМА ʼʼО медицинских абортахʼʼ (Осло, 1970 ᴦ.). Указанная Декларация не является нормативно-правовым актом, в связи с этим крайне важно рассмотреть право врача на отказ от производства аборта в юридическом смысле.

Согласно ч. 3 ст.

70 Федерального закона РФ № 323-ФЗ лечащий врач по согласованию с соответствующим должностным лицом (руководителем) медицинской организации (подразделения медицинской организации) может отказаться от наблюдения за пациентом и его лечения, а также уведомить в письменной форме об отказе от проведения искусственного прерывания беременности, в случае если отказ непосредственно не угрожает жизни пациента и здоровью окружающих. В случае отказа лечащего врача от наблюдения за пациентом и лечения пациента͵ а также в случае уведомления в письменной форме об отказе от проведения искусственного прерывания беременности должностное лицо (руководитель) медицинской организации (подразделения медицинской организации) должно организовать замену лечащего врача.

Движение за запрет абортов.

Термины пролайф, движение «в защиту жизни» («в защиту человеческой жизни», «за жизнь») используются как переводы английского термина pro-life и обозначают общественное движение, нацеленное, в первую очередь, на запрет абортов, обусловленный правом на жизнь ещё не рождённых детей. В более широком плане включает в себя защиту права человека на жизнь с момента зачатия.

Хотя термин «пролайф» получил определённое распространение в кругах защитников человеческой жизни, он не является общеупотребительным. В ряде случаев вполне можно говорить о борьбе за право на жизнь с момента зачатия даже в случае отсутствия данного термина.

ü Защита права на жизнь в программных документах Русской Православной Церкви. В частности, термин не используется в «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви», однако анализ документа с очевидностью выявляет его соответствие целям движения (взятым в широком понимании).

В главе XII этого документа:

· аборт рассматривается как тяжкий грех, который приравнивается к убийству;

· признаётся фактическая равнозначность между абортом и теми средствами контрацепции, которые обладают абортивным действием, то есть прерывают уже зачатую жизнь;

· экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО) (точнее, все его разновидности, подразумевающие заготовление, консервацию и последующее уничтожение «избыточных» эмбрионов) считается неприемлемым.

Также (исходя из безусловной ценности человеческой жизни) признаётся недопустимость:

· «фетальной терапии, в основе которой лежат изъятие и использование тканей и органов человеческих зародышей, абортированных на разных стадиях развития»;

· эвтаназии, которая приравнивается к убийству или самоубийству.

ü Абортивные средства контрацепции.

Упомянутая выше фактическая равнозначность между абортом и абортивными средствами контрацепции побуждает некоторых сторонников движения в защиту жизни (пролайферов) призывать к запрету этих средств.

Как указывают противники этих средств, «и на Западе, и в России врачам и всему обществу активно навязывается ложное представление о начале человеческой жизни и беременности не в момент соединения сперматозоида и яйцеклетки и образования уникального генетического кода нового человеческого существа, а только после имплантации – прикрепления зачатого ребёнка к стенке матки».

В частности, «наряду с противозачаточным, абортивное действие есть у всех гормональных контрацептивов (ГК), доступных на рынках России и стран СНГ», и «между собой разные ГК отличаются только частотой неудач их собственно контрацептивного (противозачаточного) действия, которое заключается в подавлении овуляции – созревания и выхода яйцеклетки, а также в увеличении вязкости слизи в шейке матки, что делает её труднопроходимой для сперматозоидов».

ü ЭКО и суррогатное материнство.

Также некоторые пролайферы осуждают использование экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) и суррогатного материнства как методов лечения бесплодия. ЭКО считается неприемлемым из-за гибели «избыточных» зародышей, а суррогатное материнство, по их мнению, разрушает глубокую эмоциональную и духовную близость, устанавливающеюся «между матерью и младенцем уже во время беременности».

Источник: https://megapredmet.ru/1-66682.html

Моральные проблемы репродукции человека

РЕПРОДУКТИВНЫЙ ВЫБОР: Репродуктивный выбор – моральная автономия человека в вопросах

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

МОРАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ РЕПРОДУКЦИИ ЧЕЛОВЕКА

Введение

Еще сто лет назад регуляция интимной жизни людей не находилась в компетенции медицины. Медицинская наука стала активно вмешиваться в эту сферу жизни лишь в ХХ веке.

Современное состояние медико-этических проблем репродукции порождено все большей медикализацией половой, жизни, а также переворотом, произошедшим в правосознании людей. Среди новых смыслов свободы личности появляется и такое понятие, как репродуктивная свобода.

Новый уровень понятия свободы личности порождает множество проблем – это и проблемы новых репродуктивных технологий, методов генной инженерии, искусственного аборта и др.

аборт этика моральный оплодотворение

1. Аборт и этика ответственного деторождения

На сегодняшний день именно проблема абортной политики является самой острой. Аборт относится к числу старейших проблем медицинской этики, философии, юриспруденции и теологии.

Проблема аборта концентрирует в себе отношения между людьми на уровне этико-медицинского, юридического, социального, религиозного, научного сознаний.

Поэтому исторически отношение врача к аборту является одной из первых и основных медико-этических проблем, сохраняющих актуальность и сегодня.

Все многообразие современных оценок аборта можно свести к двум позициям: proи contra. Крайние сторонники аборта выдвигают аргументацию, обосновывающую право женщины на свободный ответственный выбор в отношении того, вынашивать ей зачатый плод или абортировать его.

Репродуктивный выбор в этом случае означает – проявление моральной автономии личности в вопросах деторождения. Женщина должна иметь право сама решать: когда и сколько детей ей иметь. Особое внимание необходимо уделить тому, что либеральное оправдание аборта базируется на двух принципах. Первыйэто право женщины распоряжаться своим телом.

Второйотрицание личностного статуса плода. Известно, что метафизическим обоснованием либерального сознания является натуралистически-материалистическая антропология. Согласно последней, человек – это психо-материальная телесность, сознающая себя материя и «даже тело и только тело» (Ф.Ницше).

С другой стороны, сторонники абортов «по просьбе» утверждают, что зародыш человеческого существа фактически ничего из себя не представляет, кроме «сгустка тканей» или «кровавой массы» или «группы клеток». В свете сказанного, суждение «право женщины на аборт» превращается в суждение «право тела распоряжаться функцией своего тела».

Отрицая личностный статус плода, защитники аборта исходят из того, что плод – это еще не человек, а, следовательно, не может быть субъектом моральных отношений, которые подразумевают наличие двух субъектов «человек-человек».

Аборт в этом случае вообще не моральная проблема, поскольку отсутствует второй субъект отношений, следовательно, у врача имеется только один пациент – сама женщина. Принятие решения об аборте – это лишь результат вычисления тех или иных интересов, жизненных обстоятельств, но ни в коем случае не моральный поступок. С отрицанием личностного статуса плода аборт превращается в чисто медицинскую манипуляцию.

Суть аргументации противников аборта сводится к тому, что аборт отождествляется с убийством, поскольку с момента оплодотворения яйцеклетка отождествляется с человеческим существом, обладающим таким правом человека, как право на жизнь.

Еще со времен Древнего Рима известно знаменитое высказывание Тертуллиана: «Уже является человеком тот, кто им станет». Дополнительное обоснование этой позиции приводят представители христианства, указывая, что Бог наделяет человека душой с момента зачатия. И тело будущего человека не является частью тела матери.

Это будущая жизнь, доверенная матери для вынашивания, рождения, заботы и любви. Поэтому мать не вправе распоряжаться жизнью плода. В этом случае плод имеет человеческий и моральный статус, является полноправным субъектом моральных отношений. Врач имеет дело с двумя пациентами: матерью и ребенком.

И абсурдным выглядит ситуация «аборта по просьбе», когда врач вынужден лишать жизни одного пациента по просьбе другого. Таким образом, аборт является нарушением фундаментального права – права на жизнь.

Следует обратить внимание еще на один аспект этой проблемы: эмбриологи приводят убедительные доказательства, что уже в 5 недель беременности фиксируется работа мозга зародыша. И если же смерть мозга, по современным представлениям считается концом жизни человека, то вероятно, правомерно и обратное утверждение.

Итак, мы видим, что основные споры о правомерности и допустимости искусственного аборта сосредоточены вокруг проблемы определения морального статуса эмбриона и плода. Вопрос что такое человек, что такое личность не находит в современном обществе единого приемлемого для всех решения.

2. Проблема морального статуса эмбриона и плода

Человеческое существо, развиваясь, проходит ряд стадий от оплодотворенной клетки до личности. В какой момент на этих стадиях начинается жизнь? Можно ли поставить знак равенства между понятиями человек, эмбрион, плод, зародыш? В какой момент человеческое существо становится моральным субъектом? Конкретные ответы, которые давались культурой и наукой, менялись от эпохи к эпохе.

Естественнонаучная или физиологическая позиция относительно «начала» человеческой жизни отличается принципиальным отсутствием единого решения, даже в пространстве и времени современной культуры. Различные физиологические подходы могут быть объединены лишь по формальному признаку.

Ответ на вопрос: «Когда начинается человеческая жизнь?» всегда предполагает сведение «начала» жизни к «началу» функционирования той или иной физиологической системы – сердцебиения, легочной или мозговой деятельности.

Например, в начале XX века биология связывала «жизнь» с 4-месячным плодом, так как «эмбрион до шести недель – простейшая ткань, до двух с половиной месяцев – млекопитающее существо низшего порядка, а именно с четырех месяцев фиксируется появление мозговой ткани плода, что говорит о возникновении рефлексивно-воспринимающего существа». Сегодня доказана полная несостоятельность этой теории.

В последнее время физиологические рубежи пытаются отыскать на клеточном уровне. Современная микрогенетика располагает двумя подходами.

Согласно первому, собственно индивидуум – неповторимая и неделимая целостность – образуется в течение двух недель после зачатия в результате полной утраты у родительских клеток способности самостоятельного существования.

Другая позиция, распространенная среди микрогенетиков, связывает начало человеческой жизни с моментом оплодотворения яйцеклетки, т.е. с моментом возникновения полного и индивидуального набора генов будущего биологического организма. Т.е.

зигота содержит информацию о биологическом развитие нового человека уникальную и неповторимую, если не препятствовать этому процессу, через 40 недель этот человек будет способен существовать вне тела матери.

С точки зрения современной биологии (генетики и эмбриологии) жизнь человека как биологического индивидуума начинается с момента слияния ядер мужской и женских половых клеток и образования единого ядра, содержащего неповторимый генетический материал. На всем протяжении внутриутробного развития зародыш не может считаться частью тела матери. Его нельзя уподобить органу или части органа материнского организма. Поэтому очевидно, что аборт на любом сроке, беременности является намеренным прекращением жизни человека как биологического индивидуума.

Этическое знание предлагает свои ответы на вопросы о том, когда и при каких условиях человеческое существо становится моральным субъектом, т.е. носителем собственно моральных прав, и, прежде всего, права не быть умерщвленным.

К сожалению, говорить о единодушии этических подходов также не приходится. Согласно одному из них, вопрос о начале жизни человеческого существа может быть решен при условии определения критерия морального статуса человеческого плода.

Рациональность, способность к рефлексии, к поступку, к заключению договора и другие подобные критерии морального субъекта, личности отпадают, так как речь все же идет о плоде в утробе матери.

Из многочисленных исследований этой проблемы можно выделить еще четыре свойства, которые, по общему мнению, в состоянии выполнить функции критерия. Это – внутренняя ценность, жизненность, рациональность, реакция на раздражители.

В результате критического анализа каждого из них Л.С.

Коновалова приходит к выводу, что, в ходе применения их к ситуации морального выбора при аборте, приемлемым оказывается «единственный критерий — критерий реакции на раздражители, понимаемый в узком смысле как способность ощущать удовольствие и боль, приятное и неприятное».

Этот критерий избирается как основание «возможности установить существенное с моральной точки зрения различие между ранним и поздним прерыванием беременности. Ранее считалось, что это второй триместр беременности. (3-6 месяцев)».

Совпадение такого подхода с житейскими представлениями, с юридической практикой делает раннее прерывание беременности морально допустимым. Тем не менее, такой подход вряд ли может быть оценен как, в достаточной мере, безупречный.

Тем более, что новейшие исследования показывают, что боль плод начинает чувствовать уже с 8-й недели. К этому возрасту ребенка уже присутствуют нейроанатомические структуры: чувствительный нерв, который чувствует боль и передает сигнал на таламус, часть основания мозга, и двигательный нерв, который посылает сигнал в затронутую область – приказание отодвинуться. О чувствительности плодом боли свидетельствуют электрические импульсы, посылаемые болевыми рецепторами в спинной и головной мозг, которые могут быть измерены.

Мы должны осознавать, что моральный статус человеческого существа не определяется набором физиологических реакций и свойств. Такое «определение» сродни уже известному: процедуре сведения морального и этического к биологическому с благой, но не вполне корректной целью «биологизаторского» объяснения моральных ценностей и норм, что ставит человека на уровень высокоразвитого животного.

Если мы ведем речь о моральном статусе плода, пытаясь ответить на вопрос о моральности аборта, то лучше всего было бы делать это в рамках самого морального сознания, а не физиологических процедур. Тогда плод приобретает моральный статус, соучаствуя в моральных взаимоотношениях.

Критерием статуса плода является его включенность в моральное отношение, которое возникает, когда плод, эмбрион, зародыш, становится объектом моральной рефлексии, рассуждений, не только для матери, но и для всей человеческой культуры. Постановка проблемы о моральном статусе эмбриона уже неизбежно делает его субъектом фундаментальных моральных прав.

При этом обнаруживаются моральные качества человеческого рода в целом, такие, как солидарность, долг, взаимоответственность, свобода, любовь, милосердие.

Вряд ли целесообразно и возможно отрицать эти ценности. Они являются традиционным содержанием морально-этического «должного», несмотря на реальность различных житейских обстоятельств, разных практических интересов и все ситуативное многообразие «сущего», поэтому моральное решение проблемы начала человеческой жизни вполне разумно и направлено на защиту жизни.

Принятие и допущение аборта как юридически узаконенной практики без определенных морально-этических ограничений и разъяснений – это симптом морального кризиса культуры. Свидетельство того, что современная культура является культурой смерти, самоуничтожения человечества.

Врач, как принципиальный соучастник жизни человека с момента его рождения до смерти, сегодня имеет возможность свободно обсуждать фундаментальные проблемы человеческой жизни.

Определить отношение к ним ему поможет и моральная традиция отечественного врачевания и принципы Всемирной Медицинской Ассоциации, которая в 1993 г. приняла специальную «Декларацию о медицинских абортах».

В 6-м пункте этой Декларации говорится, что «если личные убеждения не позволяют врачу рекомендовать или сделать медицинский аборт (даже в тех странах, где аборты разрешены законом), он должен перепоручить пациентку компетентному коллеге».

Из проблемы искусственного аборта во многом вытекают и проблемы современных репродуктивных технологий. Поскольку бесплодие во многих случаях является результатом последствий ранее произведенного аборта.

Статистика свидетельствует, что в мире 10-15% супружеских пар бесплодны, а в некоторых странах этот показатель еще выше. Основным предназначением современных репродуктивных технологий считается помощь семье обрести логическую завершенность и смысл, выраженный в продолжение рода.

А на уровне государства – одна из попыток поправить демографическую ситуацию.

3. Моральные проблемы применения методов искусственной репродукции человека

Можно выделить 4 вида методов искусственной репродукции, это: искусственное оплодотворение, экстракорпоральное оплодотворение in vitro, суррогатное материнство и клонирование.

Три первых метода широко известны. Они используются на практике для репродукции человека.

Метод клонирования запрещен в странах входящих в Совет Европы и вызывает бурные дискуссии о целесообразности и этичности использования.

Следует принять во внимание, что наряду с практической пользой репродуктивных технологий, они вызывают ряд нареканий морального характера.

Общие для всех методов репродукции проблемы проявляются в большей степени в том, что в основе методов экстракорпорального оплодотворения, суррогатного материнства лежит метод искусственного оплодотворения, соответственно проблемы, связанные с этим методом автоматически переносятся на остальные.

Искусственное оплодотворение вызывает нарекания преимущественно у представителей различных религиозных конфессий по поводу: греховности вмешательства в божественный акт творения, исключения полового акта, предполагающего не только физическую, но духовную близость, греховности акта получения спермы. Еще больше нареканий возникает в случае использования донорской спермы.

Здесь присоединяются обвинения в нарушении брачных уз, использовании своего тела в корыстных целях (в случаях получения донором вознаграждения), высказываются серьезные опасения отрицательных медико-генетических последствий, риска переноса каких либо заболеваний, а также возможное в дальнейшем ущемление прав ребенка.

Другим наиболее остро обсуждаемым методом репродукции человека является метод экстракорпорального оплодотворения (ЭКО-ПЭ). Технология этого метода такова, что при помощи искусственной гормональной стимуляции вызывается многочисленное выделение яйцеклеток, которые изымаются и оплодотворяются in vitro.

Для пересадки в полость матки используют, как правило, 3-4 эмбриона одновременно. Остальные криоконсервируют, чтобы при необходимости повторить процедуру. У метода крайне низкая успешность – 15%, лишь в некоторых центрах около 20-25%.

Со стороны специалистов-ученых особую озабоченность вызывают вопросы, связанные с наиболее агрессивным методом ЭКО-ИКСИ (интрацитоплазматическая инъекция спермы).

Во-первых, не повредит ли инъекция механизм деления клеток, во-вторых, разумно ли заменять естественный отбор столь жесткой детерминацией и, в-третьих, не распространит ли метод бесплодие на следующие поколения и не усилится ли риск возникновения врожденных патологий у детей? Со стороны христианских биоэтиков возражения состоят в следующем: так как, в основе метода ЭКО лежит искусственное оплодотворение, то, следовательно, все претензии, предъявляемые к этой технологии, остаются в силе. Кроме того, не соблюдается право ребенка родиться в браке и ЭКО разрушает такие связи и понятия как кровное родство, родители, родственники. Но основные возражения у биоэтиков связаны с невостребованными в результате терапии бесплодия эмбрионами, которые либо уничтожаются, либо используются как материал для исследования. Для того чтобы появиться на свет одному ребенку уничтожаются как минимум четыре будущие жизни. Технология призванная давать жизнь, ведет к смерти. При обсуждении моральных проблем, связанных с методом ЭКО целесообразно вновь поднять вопрос о моральном статусе эмбриона, важность которого очевидна. Учитывая то, что на эмбрионах проводятся исследования, необходимо определиться с кем или, с чем мы производим манипуляции. Вновь возникает вопрос, настоятельно требующий разрешения: «что такое человек?», «что такое личность?». Если мы совершаем манипуляции лишь с группой клеток, пусть даже обладающих индивидуальностью – это абсолютно не то же самое, что манипулировать личностью, особенно если эти манипуляции приводят к ее гибели.

Искусственное оплодотворение и ЭКО-ПЭ являются технологическими звеньями следующей репродуктивной технологии – суррогатного материнства. Важно отметить, что вокруг этой технологии ведутся бурные споры. Претензии к суррогатному материнству можно свести к тому, что отмечается дегуманизация пренатального ухода.

Многих возмущает коммерческий характер процедуры, что позволяет говорить о торговле женщиной функциями своего тела и проводить аналогию с проституцией, а также о превращении женщины в инкубатор для производства детей. Положение с суррогатным материнством действительно очень запутанное. Одни в нем видят шанс иметь ребенка, другие же еще один способ наживы.

Вполне очевидно, что любая репродуктивная технология должна выполняться с гуманными целями, не приносить никому страданий и вреда, а также иметь хорошо прогнозируемые отдаленные последствия. Коммерческое суррогатное материнство, по-видимому, не соответствует ни одному из этих положений: гуманность здесь сомнительна, последствия не ясны.

Поэтому коммерческое суррогатное материнство в ряде случаев может превратиться в надругательство и над человеческой личностью, и над человеческими отношениями.

В последнее время многим кружат голову эффективные результаты в области клонирования. Возник устойчивый интерес к этой проблеме. В перспективе клонирование может затронуть интересы всего общества. И вместе с тем, практически отсутствует адекватное информирование общественности по поводу состояния и целей этих исследований.

Большинство исследователей отмечают, что наиболее существенные этические проблемы клонирования – это изменение природы отношения родители-дети, это отрицание уникальности каждого индивида, это непредсказуемость результата. Христианство оценивает клонирование как метод, обесценивающий человеческое достоинство и самого человека, поскольку делает лишними даже сами гаметы.

Суть этого метода такова, что берется яйцеклетка, из нее удаляется ядро, а вместо него пересаживается ядро из соматической, телесной клетки. В 1997 году именно так появилась на свет овечка Долли.

Сторонники клонирования человека приводят свои аргументы в защиту этого метода. Суть их состоит в том, что можно будет получать сколь угодно органов для трансплантации, что человечество обогатится гениями науки и техники, искусства и спорта, что появится возможность «оживлять» близких и дорогих нам людей, погибших в результате несчастных случаев и т.д. Реально ли это?

Наших близких возродить не удастся, хотя бы потому, что клонирование приведет к появлению на свет новорожденного, и его еще придется растить, но уже в других условиях.

А при формировании личности огромнейшую роль играет воспитание (в самом широком смысле), а оно как бы мы не старались, будет другим, поэтому и человек будет другой, ведь даже однояйцевые близнецы (природные клоны), воспитывающиеся вместе являются разными людьми, и чем старше становятся, тем различия больше.

Выращивать корифеев науки тоже не получится, хотя бы по той же причине – нам не создать условий, идентичных тем, в которых происходило формирование интеллекта предшественника.

И то, что эти люди будут иметь достаточно высокий интеллектуальный уровень, тоже достаточно неопределенно. Но представьте и саму абсурдность ситуации: ребенок растет, чтобы быть гением.

Каково ему будет жить среди других людей? Как эти люди будут к нему относиться? И каково будет этому ребенку, если надежды не оправдаются, что очень вероятно?

Или же вырастить человека на органы. Как можно морально оценить данную ситуацию?

Клонирование людей любыми способами запрещено во всех кодексах биологической этики и в рекомендациях Совета Европы, а в некоторых странах запрещено и законодательно.

Заканчивая разговор о современных методах репродукции человека, следует подчеркнуть, что эти методы действительно (исключая клонирование) могут существенно помочь преодолеть проблему бесплодия.

Но вместе с тем, на поверхности оказывается целый букет новых проблем этического характера.

Биологическая эскалация в сфере человеческого размножения в итоге приводит к преобладанию техники над этикой.

В этой связи актуальной становится конкретизация понятия «человек».

Б.Г. Юдин отмечает, что: «Пределы нашего вмешательства в жизненные процессы определяются не только расширяющимися научно-техническими возможностями, но и нашим представлением о том, что есть человек, а, следовательно, и о том, какие действия и процедуры по отношению к нему допустимы, а какие неприемлемы».

Список литературы

1.Биоэтика: междисциплинарные стратегии и приоритеты: учеб.-метод. пособие/ Я.С. Яскевич, Б.Г.Юдин, С.Д. Денисов [и др.] ; под ред. Я.С. Яскевич. – Минск: БГЭУ, 2007. – 225 с.

2.Летов, О.В. Биоэтика и современная медицина / РАН, ИНИОН. Центр гуманитарных науч.-информ. исслед. Отдел философии. – М., 2009. – 226 с.

3.Лопатин П.В. Биоэтика: Учебник /П.В. Лопатин О.В. Карташова. – 4-е изд., перераб. и доп. – М.: ГЭОТАР-Медиа , 2010. – 269 с.

4. Сергеев В.В. Биоэтика. Учебное пособие. – М.: ГЭОТАР-Медиа, 2010. – 240 с.

5. Силуянова И.В. Биоэтика в России: ценности и законы. – М.: РНИМУ им. Н.И.Пирогова, 2014. – 192с.

6.Силуянова И.В. Руководство по этико-правовым основам медицинской деятельности: Учебн. пособие / И.В. Силуянова. – М.: МЕДпресс-информ, 2008. – 224 с.

7.Тищенко П.Д. На гранях жизни и смерти: философские исследования оснований биоэтики. – СПб.: Изд. дом «Мiръ», 2011. – 328 с.

8.Хрусталев Ю.М. Введение в биомедицинскую этику: Уч. пособие для студентов мед. и фармацевт. вузов /Ю.М. Хрусталев – М.: ИП «Академия», 2010 – 221с.

9.Хрусталев Ю.М. От этики до биоэтики: учебник для вузов / Ю.М. Хрусталев. – Ростов н/Д: Феникс. 2010. – 446 с.

10.Швейцер А. Благоговение перед жизнью. – М., 1992 . – 274с.

11.Швейцер А. Культура и этика. – М., 1973. – С. 305-308, 314 – 316.

Размещено на Allbest.ru

Источник: https://otherreferats.allbest.ru/ethics/00536630_0.html

Medic-studio
Добавить комментарий